Самому нельзя ни простить, ни забыть, ни уврачеваться. Один Святой Дух, лечит, светлит и прогоняет боль и тоску о горе. Он как пластырь на рану. Он перерождает нас так, что то, что было, как и не со мной было. Как дурной сон или странное кино про меня. А я другой, и память о зле — это только ночной кошмар, привидевшейся в тяжелом сне. Все в прошлом. Этого уже нет. Оно умерло. Осталось этому уже мертвому злу умереть в свете Духа, как умирает ночь в свете утра.
Священник Константин Карамышев.
